aif.ru counter
77

Фронтовые кисти

Владимир Никулин и Петр Костюков закончили войну Гвардии рядовыми, после Победы оба стали профессиональными художниками, оба – члены Союза художников СССР. Они не были знакомы при жизни, в канун Дня Победы их объединила память, память о  войне.

 А на привале рисовал

 - Через полгода откроется еще одна выставка, где будут представлены мои работы и работы отца, - рассказывает Александр Костюков.

 Он продолжил творческую линию фамилии – занимается декоративно-прикладным искусством.

 -  Натура у отца была артистическая, - продолжает Костюков-младший. – Он занимался резьбой по дереву, рисовал, писал очерки о войне, зарисовки о животных, был очень наблюдательный, умел сразу заглянуть в суть проблемы.

 … До войны кудрявый красавец Петя Костюков успел поступить в студию при художественном училище. Но уроки пришлось брать с натуры – школу жизни и творчества проходил на фронтовых дорогах. Вот он, верный товарищ – альбом зарисовок, сделанных между боями.

 Умение уверенно держать карандаш определило фронтовую специальность – Гвардии рядовой Костюков прошел всю войну в артиллерийской разведке. «Кто рисовать умеет» – бросили клич перед строем, Костюков и откликнулся. А рисовать пришлось мишени.  Видели в кино – торчит из окопа трубка такая рогулькой – так вот, в нее артиллерист – разведчик обязан высмотреть и нанести на карту вражеские цели для точечных ударов. Душу Петя отводил в минуты затишья – кто спал, кто писал домой, а он рисовал. Друзей-однополчан, прошедших с ним войну, погибших, память о которых сохранилась в этих рисунках. Уникальная память, вынесенная с поля боя – вот, они лица Победы. Безымянные, но оставшиеся навсегда, смотрящие на нас сквозь годы.  Они не позировали художнику, он мастерски успевал ухватить самое важное, самую соль в те редкие  минуты. Бойцы и командиры только удивлялись – похоже-то как Петька изображает. А он тонко чувствовал их характеры – здесь не скроешь натуру, обстановка не та. Собственная художественная натура иной раз мешала – умение видеть и ценить красоту понимали далеко не все. Уже в Германии попали взводом в старинный немецкий особняк. А в нем сохранились напольные часы с гирями и великолепное зеркало. Один из солдат схватил гирю и вдарил по нему.

- Отец вспоминал, что пытался объяснить бойцу – зачем? Это ж красота такая. А тот в ответ возмутился -  А они что у нас творили? – рассказывает Александр Костюков.

Историй Петр Дмитриевич рассказывал много, и не всегда они совпадали с официальной идеологией. Эпизоды были такие -  ну сразу на экран.  В Германии повели  советских солдат к местному капиталисту,  предупредили – на него батрачат наши советские люди, угнанные в плен. Бойцы готовы были растерзать гитлеровскую гадину, эксплуататора. А вышел к ним щуплый немец в рабочем комбинезоне. И наши женщины стали просить за эксплуататора, заступаться – не обижал нас, хорошо обращался. И пыл поутих. Победу Петр Костюков встретил на Эльбе, где участвовал в историческом братании союзников. Рассказывал, почувствовал тогда – дружбе с Америкой и Англией здесь пришел конец.

После войны работал художником-оформителем, писал и рисовал для ряда газет Кубани. И часто листал свои альбомы – с фронтовыми зарисовками и фотографиями однополчан…

 Ненависти нет

 …Наташа была еще школьницей. Помнит, отец приехал тогда из обычной своей творческой командировки совсем смурной, рассказал, но не сразу, что встретил немца. Немца - в наших кавказских горах. Там, где воевал в 1942-м. И там, где воевал немец.  Может, они  стреляли тогда друг в друга? Наверняка... Гость подошел и что-то спросил на ломанном русском у стоявшего за мольбертом художника. С чего начался разговор, Наташа не знает – «папа говорил, они позже выпили по чарке, поминая погибших».

- А я тогда все пытала, что же он чувствовал, ведь перед ним был враг, фашист, - рассказывает Наталия Суина. - Да не было никакой ненависти, пожимал плечами отец. Ни у него, ни у меня…

Он крепко не любил Сталина. За то, что сделал миллионы бесправным, бессловесным пушечным мясом.  Призвали Владимира  Никулина в 1942-м в Ставрополе. И воевать он начал в родных местах, на Северном Кавказе. Здесь молодому бойцу было сложнее всего – первый бой, первые потери. Немец прижимал к морю, под Новороссийском, в жуткой бойне, Никулин попал в плен. Угнали в Скандинавию, но Владимиру удалось бежать и пробраться к своим. Как водится, не поверили. Два года в дисбате - смертники, разведка боем. И ни одной царапины. Что его хранило? В Бога, говорит Наталья, отец не верил. Просто воевал. Воевал так, что войну закончил Гвардии рядовым. А после – рисовал. До конца своих дней. Дружил с Павлом Гречишкиным, вместе с ним расписывал Тебердинский заповедник. На фотографиях они рядом – в горах, на открытии персональных выставок Никулина, которых у него при жизни было немало.

  Женился Владимир Васильевич поздно, вырастил сына и дочь. «Он очень много работал,- рассказывает Наталия, - сколько помню, папа все время с кистями, красками, карандашами».

 Может потому и хранили его, как в первых боях, кавказские горы – чтобы он вернулся и написал их?

- Эти работы должно увидеть как можно больше людей. Их писал человек, прошедший войну. И его взгляд на мир – он совсем другой, он сквозь призму долгих лет горя, несправедливости, крови, боли. Но взгляд этот – во имя жизни, - считает коллекционер Юрий Ивашов.

 Возвращение Мастера

Это он обнаружил и разглядел  работы Владимира Никулина, три десятка лет пролежавшие в семейных архивах. И чем больше узнавал о судьбе  автора, тем крепче было убеждение – Никулину пора дать слово. Собственно, это его идея – открыть выставку к Дню Победы. В музее предложение не просто поддержали, подготовили великолепную экспозицию. Она открылась в Ессентуках 5 мая, в день 30-летия памяти художника. Владимир Васильевич ушел в 1981-м, не дожив всего несколько дней до 36-й годовщины Победы, за которую сражался.

- Мы не взяли на себя смелость дать названия работам Никулина, - рассказывает директор Ессентукского музея Алла Корчевная. - Домбай, Архыз – эти места пишут сотни художников и у каждого они свои. Этюды Никулина настолько живые, подвижные, по ним можно проследить, как работал автор, мастерство его бесспорно.

Живопись из середины прошлого века – уже история. Художник Виталий Ветров бережно реставрировал работы Владимира Никулина, дабы не нарушить начального равновесия. 

-  На этих полотнах – колорит времени, та крепкая советская школа, что формировалась на репинских традициях, - говорит Ветров. - Хранились работы не в музейных условиях, это понятно, я постарался не вмешиваться в работу Мастера, где-то чистил, где-то отмывал, но самого рисунка не тронул. Владимир Васильевич много писал горы, а какие у него городские пейзажи – ставропольские дворики – чудо!

Натурные этюды, говорят специалисты, выполнены просто виртуозно, есть такие, что сделаны в каллиграфической манере, твердыми ударами кисти. Горы Никулин писал с неподдельной любовью – он действительно певец кавказского пейзажа и ставропольской земли.

Одну из работ Ветров назвал для себя  «Солдаты уходят на Запад» - по ней он готов целую экскурсию провести, так глубоко задел его замысел автора. Бойца и художника.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах