aif.ru counter
248

Волшебный бас "Волшебной флейты"

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 12 19/03/2008

На этой неделе в Ростовском государственном музыкальном театре состоится премьера оперы Моцарта "Волшебная флейта". Это первая полная постановка классического шедевра на Юге России. Одну из ведущих партий исполняет солист театра Борис Гусев. Его колоритному басу не раз аплодировали в двух столицах - Москве и Лондоне. А впервые он запел на улицах родного Гудермеса...

В основе "репертуара" старшеклассника Бори Гусева были знаменитые басовые партии - он запоминал их, слушая радио. В музыкальной школе не учился, считал пение не совсем подходящим занятием для мальчишки. Спорт в этом плане казался более привлекательным - юный легкоатлет даже мечтал стать чемпионом мира. Тем не менее "на горло собственной песне" не наступал - пел от души прямо на улице. Первыми благодарными слушателями и самыми преданными поклонниками были одноклассники. Вместе гуляли по Гудермесу и подпевали Борису. Про ту самую блоху, что жила "при короле" - помните? "Жил-был король когда-то, при нем блоха жила", - пел Гусев. "Ха-ха", - подхватывал импровизированный хор.

Жители чеченского городка без труда вспомнят шумную ватагу, что в начале восьмидесятых не давала покоя по вечерам. "Акустика была великолепная, - вспоминает Борис, - затянешь песню - звук далеко летит". Мама Маилия Исмагиловна с удивлением спрашивала у отца: "Что это, машина так громко гудит?" - "Это твой сын поет", - отвечал Борис Макарович. Гусев-старший сам хорошо пел и отличался артистическими способностями. Профессиональных музыкантов и артистов в семье не было - мама работала на заводе, отец - водитель автобуса. И свое будущее Борис Борисович Гусев не связывал с музыкой и театром. Слишком нереальной казалась такая перспектива. Родители Бориса Гусева не так давно ушли из жизни, но артистической карьере сына успели порадоваться.

Не "настоящий полковник"

Учился Боря в 116-й школе Гудермеса. Класс был крепкий, дружный. Дружба школьная продолжается по сей день, разбросанные войной, годами и расстояниями выпускники 1983-го часто собираются вместе и вспоминают. "Узнать свой Гудермес по фотографиям не могу - многое изменилось, - говорит Гусев, - это уже не тот город моего детства. Последний раз я был там 15 лет назад, потом как-то не складывалось".

В городе детства был зеленый школьный двор, отряд "Зарница", с которым ездили на соревнования по всему Северному Кавказу. Для "зарничников" сшили новую форму - синюю с красными погонами. Классный руководитель Диана Григорьевна Ермоленко дала ребятам и мамам задание - пришить погоны и звездочки приклеить. Как дама глубоко штатская, прокомментировала просто: "чтоб красиво было". Зарничники постарались - рисовали, вырезали, пришивали звезды поярче да покрупнее. На следующий день военрук Павел Федорович Самохвалов обнаружил в строю в основном старших офицеров - несколько подполковников, пару майоров, одного капитана и единственного на весь взвод рядового. Сам военрук был в майорском звании, а командир отряда "Зарница" Боря Гусев - аж целый полковник. Школьников мгновенно разжаловали с шумом и криком. Но потеря офицерских званий на качестве подготовки никак не отразилась. На играх в Грозном отряд отметили спецпризом - модной тогда "Спидолой". В столицу республики возили гудермесских школьников в цирк и театр. Тогда и состоялась первая встреча со сценой семиклассника Бори Гусева.

В Русском драматическом театре имени Лермонтова давали "Американскую трагедию". "Когда после спектакля вышли в фойе, одноклассники побежали кто за мороженым, кто за водой, а я прислонился к стене и не мог двинуться с места, - рассказывает Гусев, - я был потрясен, раздавлен". Ни с родителями, ни с одноклассниками свои ощущения он не обсуждал. Все осталось глубоко внутри. Он понял, что театр - это именно то, чем ему хотелось бы заниматься, но откуда берутся эти люди - артисты, где они учатся, подросток из маленького чеченского городка понятия не имел. И решил про себя, что мечте не суждено сбыться.

"Святой отец" в опере

Борис Гусев поступил в Воронежский лесотехнический институт. Надеялся, что учеба заглушит страсть к пению и театру. Провидение распорядилось иначе - пение оказалось пропуском в общежитие: чтобы получить заветное койко-место, студентам надо было петь в хоре. Так лесотехнический институт открыл дорогу к певческой карьере.

После прослушивания потенциальных хористов Гусева пригласили на другое прослушивание - в институт искусств, где на самородка из Чечни собралась посмотреть вся кафедра вокала во главе с народным артистом России Геннадием Дмитриевичем Калмыковым. Впечатление Борис произвел, только приступить к учебе по "вокальному профилю" не успел - призвали в армию. После службы вернулся в Воронеж и пришел к Калмыкову. Музыкального образования у Бориса не было, а без него на подготовительное отделение уже не брали (за два года правила изменились). Калмыков порекомендовал талантливого парня в музучилище, куда Гусева приняли сразу на 2-й курс. Училище он не закончил - стал петь в церковном хоре. Сначала в Воронеже, потом в кафедральном соборе Нижнего Новгорода. Но, как сам признается, после жизни в Чечне слишком привык к хорошей воде и чистому воздуху, а нижегородская экология оставляла желать лучшего. "После нашей кавказской воды и свежего воздуха тяжело привыкнуть к другому, особенно если долго живешь в таком месте, где каждый вдох словно разъедает твои легкие", - поясняет Борис (сегодня любимую воду солисту музтеатра возят из "первоисточников" Северного Кавказа, эльбрусскую). Гусеву рассказали о главном храме Новочеркасска, огромном, величавом, и он уехал в Ростовскую область, поближе к родному Северному Кавказу. Спустя 5 лет, в 1995-м его перевели в Ростовский кафедральный собор. В общей сложности прослужил в церкви 12 лет, как говорит сам, достиг в церковной иерархии определенных высот - был архиерейским протодиаконом. Стать священником никогда не хотел, стремился профессионально овладеть вокальными секретами.

Студент в 33 года

"Я чувствовал, понимал, что сам научиться всему не могу - надо учиться у кого-то. И принял волевое решение - поступил в Ростовскую консерваторию", - рассказывает Борис. Сделать такой шаг в некотором роде помог пример - знаменитый бас Борис Гмыря начал учиться пению в 30 лет. Борис читал о нем и удивлялся, как поздно. А сам решился еще позже - в 33.

Студент Гусев почти сразу получил приглашение в Ростовский музыкальный театр, которое принял далеко не сразу - считал, что умеет еще не так много, для сцены недостаточно подготовки. К тому же это совсем не состыковывается со службой в церкви. Гусева все же уговорили - он дебютировал в опере "Евгений Онегин" - пел Гремина. После чего пришлось выбирать между церковью и театром. Борис выбрал последний. Реакция на его уход не была однозначной - многие бывшие сослуживцы и ученики даже приходят на его выступления. В театре его зовут "святым отцом", роли, по его собственному признанию, он старается выбирать деликатные. Постепенно какие-то партии, прежде казавшиеся недосягаемыми, сегодня становятся реальностью. "Пою то, что нравится", - поясняет Гусев.

Его творческая карьера, как и карьера молодого ростовского театра (он открылся в 1999 году) только набирает обороты. Хотя оперный багаж всего за несколько лет заметно "потяжелел" - в нем Дон Базилио из "Севильского цирюльника", Гремин из "Евгения Онегина", Малюта Скуратов из "Царской невесты". В концертах исполняет арии Мефистофеля, Кончака из "Князя Игоря". И мечтает о партии из классического шаляпинского репертуара - Бориса Годунова. В премьерной постановке оперы "Волшебная флейта" у Бориса партия Зарастро - светлый персонаж исключительной доброты, порядочности и мудрости. Ростовский музыкальный планирует воплотить еще один оперный проект - "Кармен" Бизе на языке оригинала - французском в постановке Юрия Лаптева из знаменитой Мариинки. В нем наш земляк исполнит роль офицера Цуниго.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах