Молодёжь в России бросает работу клерками, переезжает в деревню и занимается фермерством. О новом тренде недавно сообщили в СМИ. Якобы молодые люди сегодня выбирают не городскую суету, а размеренную жизнь в глубинке: Ставрополья, Дагестана, Астрахани и Чувашии.
Что об этом думают офисные работники, жители сёл и эксперты — узнал «АиФ-СК».
Фермерство не по карману
Тренд на собственное хояйство завирусился в соцсетях. На просторах Сети даже появились фермеры-блогеры. Например, Тимур Далгатов стал известен миллионам россиян после того, как показал одну из своих кошек. Парень держит сотню баранов, работает на себя и много шутит. За ним следят 250 тыс. человек.
Одним из привлекательных направлений для переезда и уединённой жизни стало Ставрополье — житница России. Но приток зумеров в регион пока незаметен, говорят селяне.
«Хорошая тенденция, но я о такой впервые слышу», — рассказал «АиФ-СК» житель села на окраине Ставрополья Иван Михайлов (фамилия и имя изменены — прим. ред.).
По словам собеседника издания, последние годы он видит только отток молодёжи из сёл. Многие дома пустуют и выставлены на продажу, но покупателей для них нет. В их глубинке, окружённой тысячами гектаров полей, молодые люди не идут в фермерство. Работают в колхозе или ведут личное подсобное хозяйство. Земли, говорит Иван, выкупают крупные агрохолдинги.
При нынешней ключевой ставке и цене на топливо заниматься сельским хозяйством стало не просто не выгодно, а убыточно. Землю возделывают разве что потомственные хлеборобы и хлебопашцы, утверждает он.
«Наверное, молодые к нам не едут, потому что у нас работы для них нет, а до ближайшего города ехать несколько часов», — полагает мужчина.
Разбегаются из сёл, а не наоборот
Максиму Фролову (фамилия и имя изменены — прим. ред.) 30 лет и он живёт на противоположном от села Ивана конце Ставрополья и трудится в колхозе. По словам мужчины, он знает только об одном «тренде», что молодёжь разбегается из села, а не наоборот.
Раньше Максим жил и работал в краевой столице — Ставрополе. Правда, белый воротничок не носил, на его службе был другой дресс-код: берцы и военная форма. Несмотря на возможности большого города, после службы по контракту он уехал трудиться механиком в колхоз. Говорит, всегда тяготел к работе с техникой и не видел себя среди офисных сотрудников. В сентябре 2022 года ставрополец ушёл добровольцем на спецоперацию. После опаснейших заданий, тяжёлого ранения и длительного лечения Максим, не задумываясь, вновь вернулся к работе в селе. Тем более, что рабочее место за ним сохранили.
«Основную должность механика немного совмещаю с другими. Зарплата достойная, коллектив хороший. Почти все коллеги намного старше меня. Но, главное, мне нравится работать с техникой и обрабатывать землю, — делится Максим. — Поскольку я имею прямое отношение к колхозу, могу сказать, что молодёжи в сёлах нет. Они не интересуются земледелием и животноводством и не хотят поднимать целину. Работать в колхозах, совхозах и агропредприятиях сложно. Мне кажется, молодёжь сейчас больше заточена под работу в офисе. Они не знают, с какой стороны подойти к трактору и даже как ножи наточить. А сельское хозяйство испытывает кадровый голод. Большая проблема найти слесаря, токаря, фрезеровщика, сварщика».
По мнению собеседника «АиФ-СК», немногие молодые люди остаются в деревнях. А уж о массовом притоке молодого поколения в сельскую местность и говорить не приходится. По крайней мере, Максим о таких случаях не слышал.
Овчинка выделки не стоит?
Овцеводство, которым исторически славится Ставрополье, тоже не золотая жила и не привлекает молодёжь. Селянин Иван Михайлов объясняет, что баранов и овец на востоке края держат в каждом доме. Потому дефицита в дорогом и полезном мясе никто не испытывает.
«Мы живём далеко от городов. Ездить туда сбывать мясо невыгодно из-за бензина. К тому же, чтобы продавать баранину или птицу, нужно собрать много документов и разрешений, арендовать точку на рынке, — делится Михайлов. — Мы баранов держим для себя, в основном. Знакомый, например, завёл поголовье из ста баранов, поставлял их на бойню, а оттуда мясо шло в Иран. Сейчас этого уже нет. Бараны стоят, а кормить их надо. Иногда у местных мясо покупают жители республик Северного Кавказа. Но это не стабильный и небольшой заработок. Чтобы продать за 10 тыс. рублей одного барашка, его нужно два года кормить сеном и стричь. На 10 голов выходит две тонны зерна в год. Это 20 тыс. рублей. Закупить тюки сена — около 30 тыс. рублей. Дорого. Овчинка выделки не стоит».
Шерсть селяне сжигают за ненадобностью, поскольку на ней тоже не заработать. Стрижка одного барана обходится в 200 рублей. Чем больше отара, тем дороже. Есть места, где принимают шерсть на экспорт, но за руно дают совсем немного, говорит Иван.
Хотят быть ближе к природе
По информации на 2025 год, в Ставропольском крае насчитывается больше 730 сёл. После школы юные селяне уезжают учиться в высшие учебные заведения региона или страны, оседая в больших и малых городах. 33-летний уроженец одного из сёл Роман С. после вуза остался работать в городе-миллионнике на юге России. Зарплатой доволен, на работе в банковском секторе востребован. Говорит, его часто посещает мысль бросить всё и вернуться домой: пробок нет, кругом просторы и дышится легче. Но он честно признаётся — не готов к тяготам сельской жизни.
«Я вырос в селе и знаю, что такое заниматься хозяйством. Подъём в 4-5 утра и на ногах целый день. И в жару, и в мороз. Большое хозяйстве требует много сил и вложений. Нужно нанимать работников, платить им, — говорит Роман. — Сейчас я могу распоряжаться своим отпуском, улететь к морю, уехать в горы на выходные. Если дома есть скотина или птица, отлучаться нельзя. Индюшат холодной весной нужно согревать, иначе замерзнут и погибнут. Нужно покупать специальный корм, следить за их здоровьем, вовремя выпускать и загонять. Даже ЛПХ — огромный труд, не говоря уже про КФХ (крестьянско-фермерское хозяйство). Этим нужно жить».
Но есть и те, кто бросает карьеру в шумном мегаполисе ради тихой жизни в глубинке. Михаил Б. вместе с супругой, детьми и накоплениями переехали из Петербурга в одно из ставропольских сёл. Как признавался глава семьи, они захотели жить ближе к природе и развивать в регионе агробизнес. Тем более, государство помогает начинающим фермерам. Чтобы лучше ориентироваться в новом деле, супруги даже прошли специальное обучение. Сейчас чета имеет большое хозяйство: птиц, коров, а из своего молока они делают сыры и другие молочные продукты.
КОММЕНТАРИЙ
Кандидат экономических наук, доцент Высшей школы экономики Александр Прохоров:
«Тренд на дезурбанизацию и повышение комфорта жизни в сельской местности сейчас набирает обороты, хотя ему уже 40 лет. В городе — жёсткая конкурентная среда, высокий ритм, и жизнь там стоит существенно дороже. Поэтому переезд в благополучные сёла в южных регионах страны, где сохранена социальная инфраструктура, комфортный климат и есть качественный интернет — это нормальная тенденция и ничего нового здесь нет. Северных районов это не касается: там условия слишком суровы.
Город нужен тем, кто физически там необходим. Но если человек работает преимущественно головой, пальцами на клавиатуре, а иногда и голосом — зачем ему жить в мегаполисе с его пробками, перегруженной инфраструктурой и оторванностью от природы? Это просто нерационально.
С экономической точки зрения это очень позитивное явление. Потому что при хорошем интернете вы сохраняете ту же интенсивность труда, что и в городе, но при этом живёте в более комфортной, экологичной и экономически выгодной среде».
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
Проект плодохранилища в Кабардино-Балкарии получил кредит в 200 млн рублей 
Эксперты назвали главные тренды развития фермерства на Ставрополье 
Ещё 40 выпускников «Школы фермера» пополнили ряды аграриев на Ставрополье 
Гранты от государства в Северной Осетии получат 59 фермерских хозяйств