Недавно Роспатент зарегистрировал балкарский традиционный войлочный ковёр — кийиз — как географическое указание, относящееся к Кабардино-Балкарии. Теперь это не просто предмет быта, а охраняемый региональный бренд.
Уникальные полотна из овечьей шерсти балкарцы и карачаевцы — братский им народ — делают не один век. Красочные ковры с разнообразными рисунками спасали от холода, украшали жилища и служили приданым невестам. Без них не обходился ни один ритуал.
«Визитная карточка» семьи
«В традиционной балкарской сакле (традиционное жилище народов Кавказа и Крыма — Прим. ред.) кийизы, сложенные аккуратными стопками на видных полках, служили наглядной „визитной карточкой“ семьи. Они показывали не только материальный достаток дома, но и трудолюбие, мастерство и художественный вкус женщин этого рода», — рассказывает и.о. директора института архитектуры, строительства и дизайна Кабардино-Балкарского госуниверситета Аминат Султанова.
Главным и незаменимым материалом для войлочных ковров была шерсть местных пород овец, состриженная осенью. Она лучше держала форму. Благодаря высокой упругости, мягкости и наличию природного воска — ланолина — волокна во время валяния сцеплялись максимально крепко.
«Шерсть тщательно промывали, сушили, а затем трепали и расчёсывали специальными гребнями, — раскрывает детали процесса Аминат Султанова. — Затем раскладывали на плетёной циновке из камыша или тростника (чий) тонко и равномерно в два-три слоя».
Разложенную шерсть обильно поливали горячей водой и мыльным раствором, а циновку с ней туго сворачивали в плотный рулон. Часто его обматывали верёвками. Этот валик интенсивно катали по полу ногами или руками. Процесс мог длиться не один час и несколько дней. Из-за трения, давления, тепла и влаги волокна шерсти переплетались и уплотнялись.
«Готовый войлок тщательно промывали в чистой холодной воде, чтобы удалить остатки щёлока или мыла (иначе материал мог разрушиться или неприятно пахнуть). Его растягивали, придавая правильную прямоугольную форму, и вывешивали или раскладывали на солнце для окончательной сушки. Края кийиза аккуратно обрезали или подшивали», — делится собеседница «АиФ-СК».
В среднем на кийиз уходило около месяца. Наиболее популярными размерами были 1,5×3 или 2×4 метра. Ритуальные молитвенные коврики (намазлыки) делали компактными — шириной чуть больше полуметра и длиной не более полутора метров.
«Изначально кийизы валяли из шерсти белого, чёрного и серого цветов, которые гармонично сочетались между собой без окрашивания. Для других оттенков использовали натуральные красители растительного и минерального происхождения», — рассказывает сотрудница вуза.
Тёмно-коричневые и охристые цвета мастерицы получали из корней барбариса и коры дуба. Красные и малиновые тона давал корень марены красильной — один из самых популярных и стойких красителей на Кавказе и в Средней Азии.
«Хранить кийизы нужно было при определённых температуре и влажности, защищая от насекомых. При правильном уходе ковры могли служить десятилетиями, а иногда их даже передавали из поколения в поколение как семейные реликвии», — добавила Султанова.
До наших дней дошли ковры возрастом около 200 лет, приводит пример Султанова. А вот задокументированная история кийизов, как сложившегося вида декоративно-прикладного искусства с уникальными орнаментами, насчитывает примерно четыре века.
Первый был кривым
Село Верхний Баксан находится в 28 км к северо-востоку от горы Эльбрус. Его уроженка и потомственная мастерица Езетхан Джаппуева изготавливает кийизы уже больше 25 лет. Именно благодаря её инициативе традиционные войлочные полотна и стали региональным брендом.
«В старину балкарцы, как и другие жители Кавказа, массово разводили овец. Изделия из их шерсти были основным источником заработка, — делится Езетхан Борисовна. — Все наши женщины вязали тёплую одежду и валяли войлочные ковры. Учиться этому начинали с детства, а мастерство передавали из поколения в поколение».
В изготовлении ковров участвовали даже самые маленькие горянки — они носили воду и помогали разжигать костёр. Девочек постарше мастерицы учили ставить рисунок будущего ковра и правильно валять шерсть.
«Когда я была малышкой, мне и моим сверстницам хотелось поскорее вырасти и делать кийизы вместе со взрослыми женщинами. С 14 лет я начала валять небольшие коврики. На первом изобразила Эльбрус, которым всю жизнь восхищаюсь, и пасущихся на его склонах горных козлов. Правда, он получился кривым. Долго его потом переделывала. Хорошо, что войлок прощает ошибки», — со смехом рассказывает искусница.
С тех пор умелые руки Езетхан Борисовны сваляли не один ковёр, а это ремесло стало для неё делом всей жизни. С 39 лет она начала восстанавливать уникальную технологию изготовления кийизов, которая едва не была утрачена. Передала её двум дочерям, на очереди — внучки.
«У меня два сына и две дочери, три внучки. Старшей внучке всего семь, но она уже пытается со мной вместе работать, рисует свои орнаменты», — с гордостью делится Джаппуева.
По её подсчётам, на большой трёхметровый ковёр уходит примерно 10-15 кг шерсти. Вместе с пятью помощницами Езетхан Борисовна валяет такой кийиз примерно за полтора месяца. Вся работа — полностью ручная. Получается тот самый войлок, который получил за свою плотность почётное звание «бронебойный». Его невозможно проткнуть ножом, он не пропускает воду и не продувается.
Сейчас мастерица делится знаниями с молодыми землячками в Центре национальных ремёсел и промыслов Эльбрусского района. Это учреждение Джаппуева создала в 2004 году, с тех пор им руководит.
«Подошвы буквально горели»
Меценат и коллекционер Рашит Локьяев в марте 2026 года открыл в Нальчике Центр материальной культуры карачаево-балкарского народа. Среди более тысячи экспонатов есть и традиционные кийизы из личного собрания Локьяева.
«Известное шуточное утверждение гласит, будто бы каждый третий американец зачат на заднем сиденье автомобиля. Про балкарцев можно сказать, что каждый второй из них рождался на войлочном ковре», — подчёркивает значимость кийизов в жизни народа Рашит Жамалович.
Эти изделия сопровождали балкарца всю его жизнь. Не исключение и сам Локьяев. Он сохранил кийизы, которые мать и бабушка дарили перед первым классом, после окончания школы и университета, на женитьбу и в честь рождения первого ребёнка. Берегут ковры и его дети.
«Валяние ковров было адски тяжёлым трудом. До сих пор помню, как долгими зимними вечерами женщины в нашей семье готовили шерсть для кийизов. Делать их начинали весной. Четырёхлетним босоногим мальчиком я поливал заготовку из кувшина горячей мыльной водой, а моя бабушка со своими сёстрами катала шерсть. Подошвы моих ног буквально горели. Иногда я всхлипывал, но терпел», — делится Локьяев.
Он коллекционирует национальные ковры с того момента, как отучился в университете на инженера-строителя. На тот момент ремесло валяния ковров начало приходить в упадок, а его секреты оказались под угрозой исчезновения.
«Во всей горной Балкарии на тот момент было всего два-три места, где их делали. Тогда я и начал усиленно собирать ковры, даже покупал их. Сейчас мне уже 72 года. За прошедшее время многое изменилось. Можно насчитать уже пару десятков небольших артелей и мастериц, которые валяют войлочные ковры», — констатирует Локьяев.
Самому древнему ковру в его коллекции более 250 лет. Уникальный образец Рашит Жамалович получил в подарок от друга Тахира Султанова. Тому кийиз достался от прабабушки.
«Он чудом сохранился, был весь в дырках. Этот ковёр не похож ни на один другой. На нём изображены аланские кресты, мусульманский полумесяц, хазарские символы и разнообразные солярные знаки. Историки из Ростова-на-Дону брали образцы. Определили его возраст с помощью радиоуглеродного анализа», — рассказывает коллекционер.
Когда-то его собрание насчитывало около 130 изделий. Сейчас в нём меньше 100 экспонатов. Часть кийизов испортили на выставках, другие съела моль.
«Чтобы сберечь оставшиеся ковры, приходится в жаркие дни расстилать их под солнцем, обрабатывать керосином, заворачивать внутрь ореховые листья и хозяйственное мыло», — делится Локьяев.
СПРАВКА
Балкарские войлочные ковры делятся на три типа по технологии изготовления:
Ала кийиз (пёстрый войлок) — самый распространённый. Узор создавали цветной шерстью на циновке ещё до валяния. В орнаменте преобладали правильные геометрические фигуры: ромбы, квадраты, треугольники и зубчатые лини. Нужно учитывать усадку, чтобы узор не поплыл.
Джыйгыч кийиз (аппликационный войлок) и курук кийиз (для украшения шеста) делали в технике аппликации, чаще на чёрном фоне с белым орнаментом. Нижний край украшают каймой и бахромой, верхний — без окаймления (крепился к полке). Узорные детали пришивают или приваливают к готовому фону. Орнамент был сложным и извилистым, чаще — в виде бараньих рогов или головы. Фон и узор занимали поровну места. Поле делили зигзагами или ромбами, внутри них размещали крупные мотивы в форме треугольников или ромбов. Свободное место без симметрии заполняли мелкими элементами в виде родовых знаков, фигурок людей и змеек.
Бичген кийиз (выкроенный, узорный войлок) или оюулу кийиз (узорный войлок) украшал растительный стилизованный орнамент: широкая кайма с извилистым побегом, цветами и листьями, а в центре — крупная фигура.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
Фестиваль народных промыслов «Алтын кол» в КБР посвятили заздравной чаше 
На Кавказе сыграли свадьбу по старинным обычаям 
В Северной Осетии отпраздновали день легендарной Задалески Нана 
Роспатент зарегистрировал бренд «Балкарский кийиз» — войлочный ковёр из КБР