Животное «паломничество» в России продолжается. Вслед за медведями к населённым пунктам потянулись лисы, волки и даже шакалы. Надо ли говорить, что подобное любопытство братьев наших меньших отнюдь не радует общество, требующее восстановить границы между цивилизацией и диким миром. Почему всё смешалось в общем доме — разбирался «АиФ-СК».
В сад за грушами
Кавказского бурого медведя нужно исключить из списка краснокнижных животных — такое предложение прозвучало в сентябре 2026 года в Минприроды КБР на заседании межведомственной комиссии. Как поясняли авторы инициативы, популяция косолапых в республике заметно возросла, и зверей всё чаще можно увидеть вблизи поселений.
Например, в Нальчике власти были вынуждены временно ограничить доступ в Ботанический сад из-за периодически появляющейся там медведицы с медвежонком. Незваные гости приходили сюда из леса полакомиться грушами, пересекая речку. Вот в Минприроды и попросили обывателей быть внимательнее в лесных массивах, не провоцировать животных и соблюдать правила личной безопасности, пока ситуация не разрешится.
Человек важнее
В соседней Северной Осетии, как отмечает глава инспекции федерального государственного охотничьего надзора Артур Битаров, острой проблемы с медведями нет. Случаи их нападения на людей не фиксируются много лет. Однако в ведомстве всё равно держат руку на пульсе, учитывая плавный рост популяции косолапых. Например, если в 2023 году в республике насчитывалось 297 особей, в 2026 году количество хищников достигло 312. То есть о «медвежьем» буме говорить крайне преждевременно, а вот о туристическом — можно вполне.
«С каждым днём республику посещает всё больше туристов. Выезжая на природу, они встречаются как с медведями, так и с другими хищниками. Потом, конечно, делятся эмоциями», — предполагает собеседник издания, что могло спровоцировать тревоги.
Хотя и реальные жалобы жителей посёлков и представителей различных хозяйств на «медвежье хулиганство» тоже никто не отменял. Например, в нынешнем году в Минприроды поступило 8 обращений.
«Когда животное проблематичное и наносит вред сельскому хозяйству, частному подворью или есть угроза вреда людям, мы выдаём разрешения на изъятие из среды обитания. Для нас жизнь человека ценнее. С начала года нами было выдано 12 документов на отстрел, ещё одно готовится, однако отработано пока лишь три из них», — рассказывает Битаров.
К слову, мало кто знает, но, даже несмотря на разрешение, далеко во всех случаях медведя можно убить. Например, законом категорически запрещено расчехлять охотникам оружие в населённых пунктах. Поэтому даже при жалобах и реальной опасности придётся ждать, пока мишка покинет территорию, или вызывать полицейских, на которых запрет не действует. Ещё один любопытный нюанс связан с зоной особо охраняемых природных территорий.
«Недавно из Алагирского района поступила жалоба от жителей трёх поселений, что видели медведя вблизи населённых пунктов Галон, Садон и Верхний Згид. Но проблема в том, что рядом с сёлами также располагается Северо-Осетинский государственный природный заповедник, в чьих лесах и обитает медведь. И тут складывается следующая дилемма: если на муниципальных территориях мы уполномочены вести отстрел, то на прилегающих к заповеднику территориях требуется прямое разрешение Минприроды», — делится собеседник издания.
Впрочем, помимо медведей, поступают в Минприроды и жалобы на волков, лис, на отстрел которых в республике в нынешнем году было выдано 1500 разрешений.
«Раньше у нас даже выплачивали финансовое вознаграждение за лис, шакалов, волчиц. Последняя до 5 тысяч стоила. Но сейчас в бюджете деньги на это не заложены, поэтому справляемся собственными силами и любителей охоты», — делится чиновник.
Что заставляет медведей спускаться к людям? Битаров уверен, что причиной становятся мусорные баки на окраинах сёл, куда выбрасываются пищевые отходы. Учитывая, что звери готовятся к зиме, это один из самых лёгких и эффективных способов пополнить жировые запасы перед тем, как впасть в спячку.
Не только медведи, но и шакалы
С чем согласны и в Минприроды Ставрополья. Ведь хотя медведей в регионе нет, их заменяют лисы, шакалы, волки, популяция которых тоже растёт. Например, если в 2023 году лис на Ставрополье насчитывалось 4219 особей, сейчас их свыше 4400; с 1800 до 2674 выросло и количество шакалов; волков — с 426 до 481. Но, несмотря на солидный прирост, массовых жалоб на хищников в ведомство пока не поступало.
«Если в 2025 году нам звонили по поводу шакалов, например, из станицы Воздвиженской, сейчас такого практически нет. Звонки единичны, и, как правило, речь идёт о населённых пунктах, граничащих с лесополосами. Но те же шакалы, волки в посёлки не заходят. Просто люди видят их у свалок, боятся, просят принять меры», — отметили в ведомстве.
Приучаем, а потом боимся
Тогда как научный сотрудник ФГБУ «Заповедная Осетия – Алания» Павел Вейнберг в очередной раз напоминает поговорку о том, что мы в ответе за тех, кого приручили.
«Я вообще не понимаю, почему все накинулись на этих бедных медведей. Начнём с того, что на Кавказе никогда не было ни одного случая нападения медведя на человека, Алтай или Восточная Сибирь нам не пример. То, что дикие животные стали чаще выходить к людям, вполне ожидаемо. Мы сами провоцируем это, создавая мусорки в горах, в туристических центрах. Или когда те же санатории сначала выносят пищевые отходы в лес, мол, пусть звери покушают, а потом разводят руками, что они подошли ближе. На “Мамисоне”, ещё на стадии строительства подъёмников, все умилялись медведице и медвежатам, расположившимся по соседству. Но когда стали приезжать туристы и бояться их, звери уже были прикормлены объедками, и никуда уходить не собирались. Поэтому, не хотите видеть дикий мир рядом, не провоцируйте его своими действиями. Тогда звери не будут приходить к людям, они не собираются их кушать. Они просто хотят кушать», — поясняет эксперт.
Вейнберг не отрицает, что в регионах есть случаи нападения тех же медведей, волков на домашних животных. Но подобные ситуации нужно рассматривать индивидуально, с учётом их эпизодичности, и только потом принимать решение об отстреле. Равно как и страхи туристов, что лиса в заповеднике может укусить, а шакал — напасть, не повод хвататься за ружьё при росте популяции.
«Да, от границ заповедников зверей лучше отгонять. Но если, собираясь в горы или заповедные зоны, туристы боятся встречи с животным миром, не логичнее ли выбрать другой способ досуга? Ведь данные места создаются, в том числе и для охраны дикой природы, а не для её уничтожения», — подытоживает эксперт.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
