1445

«Как лекарство неприменимо». Ставропольский препарат от COVID забраковали?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 51. АиФ-СК 16/12/2020
Антон Горячев / Из личного архива

Группа ставропольских исследователей под руководством патологоанатома «Городской клинической больницы» Пятигорска Антона Горячева разработала аналог препарата, которым в своё время американцы предлагали лечить атипичную пневмонию. Есть ли перспективы у лекарства и почему его, как пишут в мессенджерах, высмеяло научное сообщество, разбирался STAV.AIF.RU.

Лечебный эффект не подтвердили

Новость о том, что пятигорские учёные изобрели препарат, снижающий активность коронавируса, разлетелась по всем российским СМИ. Как сообщал минздрав Ставропольского края, новое соединение блокирует размножение вируса, добавляя ему вторую цепочку РНК. На языке науки это называется «антисмысловой терапией».

«РНК в человеческой клетке всегда состоит из одной цепи. И для любых её функций важно, чтобы она оставалась одноцепочечной. Поэтому самый простой способ нарушить её работу - добавить ей вторую цепь. По такому принципу работают антисмысловые ДНК: они комплементарно слипаются с матричной РНК. Получается двухцепочная молекула, которую рибосома уже не может распознать», - объясняли в региональном минздраве.

STAV.AIF.RU сделал запрос в ФГБУ «Национальный исследовательский центр эпидемиологии и микробиологии имени Н. Ф. Гамалеи», где препарат проходил исследования. Но там не подтвердили его лечебный эффект.

«Субстанция «Антисмысловой олигонуклеотид» действительно исследовалась у нас на цитотоксичность и противовирусную активность. В результате исследования противовирусной активности субстанции в опытах invitro в отношении штамма коронавируса SARS-CoV-2 по лечебной схеме добавления препарата к культуре клеток противовирусный эффект не обнаружен. Критерии области применения данного соединения в качестве лекарственного препарата для лечения COVID-19 не применимы», - ответил заместитель директора центра Александр Ховаев.

На сайте минздрава сообщение о разработке противокоронавирусного препарата пропало уже на следующий день после публикации, 10 декабря.

«Разница в дозе»

Объяснить результаты исследований в центре Н. Ф. Гамалеи и обрисовать перспективы препарата STAV.AIF.RU попросил его главного разработчика - патологоанатома пятигорской больницы Антона Горячева.

Светлана Болотникова, STAV.AIF.RU: Опишите простыми словами способ действия препарата.

Антон Горячев: Проникая в заражённые клетки, он встречается с вирусной РНК (рибонуклеиновой кислотой), то есть геномом вируса, связывается с ним и блокирует его дальнейшее размножение.

- Из чего состоит препарат?

- Это небольшой двадцатичленный фрагмент ДНК, специально подобранный под геном вируса, с единственным отличием: между нуклеотидами есть защитные группы, которые предотвращают его быстрое разрушение в организме. Этот препарат получают химическим синтезом в специальных нуклеотидных синтезаторах по той же схеме, по которой готовят реактивы для ПЦР - диагностики.

- Как вы вели научные исследования? Где брали образцы вируса, где работали с геномом?

- У нас нет такого оборудования, чтобы работать с биологическим материалом. Наша исследовательская группа теоретически определила тот фрагмент вируса, который нужно подавить. Мы подобрали к нему подходящую цепочку ДНК, после этого заказали изготовление такого препарата в московской компании, которая специализируется на синтезе нуклеотидных цепочек для диагностических и исследовательских целей. После того, как препарат был синтезирован, передали его в центр Н.Ф. Гамалеи и заказали исследования на токсичность и противовирусную активность.

- В вашей научной статье сказано, что в «исследованиях эффективности антисмыслового олигонуклеотида в опытах invitro в отношении SARS-CoV-2 нe было обнаружено статистически достоверного противовирусного эффекта». Почему вы говорите, что он всё-таки снижает активность вируса?

- Исследование противовирусной активности шло двумя путями. В первом случае исследовалось, как он воздействует на заражённые клетки: сколько их выживает, у какого количества клеток нарушается вирусная активность в разных дозировках - 1 мг/ мл, 0,1 мг/мл, 0,01 мг/мл. Сам вирус - неклеточная форма жизни, поэтому для исследования противовирусной активности берут специальную культуру клеток. В нашем случае это была Vero-E6 - клетки печени африканской зеленой мартышки (Chlorocebusaethiops). Они культивируются в специальных питательных средах, заражаются вирусом, и потом в среду, где они плавают, добавляется противовирусный препарат.

Второй путь исследования противовирусной активности - это оценка количества вирусов с помощью ПЦР. Он позволяет узнать, сколько копий вируса образуется при обычных дозировках, применяемых для других противовирусных препаратов. Это так называемая «лечебная схема введения». В обычных дозировках противовирусной активности обнаружено не было. Но при самой высокой концентрации, применяемой в терапии, в дозировке 1 мг/мл, которую добавляли в смесь, размножение вируса снизилось в 5-13 раз. То есть, нужно провести дополнительные исследования, подбирая более высокую дозировку, чем у обычных противовирусных лекарств. Есть расхожее выражение: «Всё есть лекарство и всё есть яд, разница лишь в дозе».

- На токсичность вы ведь тоже исследовали свою разработку?

- Токсичность даже в повышенных дозировках обнаружена не была. В какой дозировке препарат будет токсичен, ещё предстоит установить.

Испытан в США, обновлён в России

- Вы работаете в морге патологоанатомом, почему вдруг занялись молекулярными исследованиями?

- Я давно интересуются темой молекулярной биологии, поскольку работа патологоанатома только на 30% состоит из вскрытия трупов. 70% - это гистологические исследования биопсийного, операционного материала, основанные на понимании клеточных механизмов возникновения заболевания. Поэтому все патологоанатомы хорошо знают в теории и на практике, как развиваются заболевания, в том числе вирусные. Зная патогенез -последовательность реакций - можно выработать механизмы, которые на них влияют.

В марте, когда началась пандемия, стало понятно, что действующих противовирусных препаратов в мире нет. Мы подумали, что можно использовать противовирусную антисмысловую терапию. Стали искать труды других учёных и выяснили, что в 2004-2007 годах американцы проводили исследования по антисмысловой терапии на культурах клеток, заражённых вирусом атипичной пневмонии, вспышку которой зафиксировали в 2002-2003 годах в Юго-Восточной Азии.

- Это родственник COVID-19…

- Да, и очень близкий. Когда мы стали изучать точки приложения препаратов, которые использовали американцы, то есть те участки РНК, которые отвечают за размножение вируса, выяснилось, что они теоретически могли бы быть эффективными и против нынешнего коронавируса. Но когда мы стали сопоставлять последовательности РНК COVID-19, выложенные американскими исследователями в открытый доступ в Интернете, оказалось, что вирус мутирует, теряя нуклеотиды. Поэтому американский препарат против некоторых штаммов вируса уже не эффективен. Мы определили новый участок РНК, который может быть точкой приложения, и заказали синтез препарата. Пока этой субстанции у нас немного. Будем продолжать доклинические исследования.

- Где они будут проходить?

- Там же, в центре Гамалеи, так как он лицензирован на проведение работ с высокопатогенными штаммами микроорганизмов. Будем опробовать новые дозы препаратов, в большей концентрации. Планируем испытать вместе с веществами, облегчающими проникновение препарата в клетку. Продолжим исследования, как только найдём средства.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах