105

Лыжи у печки. Почему в Северной Осетии нет ни одной горнолыжной трассы

АиФ-СК №3 20/01/2016
Ирина Опарина / АиФ

В Северной Осетии де–юре нет ни одной горнолыжной трассы. То есть занятия зимними видами спорта по документам там не предусмотрены.

Получается, что Цей, который воспевал знаменитый бард Юрий Визбор, – это, по сути, просто участок земли, по которому можно скатиться из пункта А в пункт Б.

Чей склон?

«Цей – это заповедник, а значит, особо охраняемая территория рекреационного назначения, - уточняет председатель Комитета РСО – Алания по туризму Вильям Гагиев. – При  советской власти там  выделили 230 га для нужд отдыхающих. Благодаря подходящим горным  условиям  любители зимнего отдыха  приспособили склон для катания на лыжах».

Раз есть спрос, появилось и предложение: «выросли» частные туристические базы, две канатные дороги. В выходные дни на склон у горы Монах спешат владикавказцы, приезжают и туристы из других регионов. Действительно, аура горного ущелья, пьянящий сосновый воздух  и воспоминания о шестидесятых, когда трассу «утюжили» знаменитые барды, не отпускают.

Но, как бы это не печально звучало, трасса «левая», шансов войти в реестр горнолыжных курортов в России у нее немного. Почему? «Чтобы попасть в реестр, необходимо соответствовать определенным критериям, - поясняет  Гагиев. – Мы  не можем контролировать и  влиять директивными способами на хозяйствующих субъектов. Видим свою задачу в создании новых горнолыжных трасс в республике для развития здоровой конкуренции».

Кто  возьмёт лопату?

Тем временем в конце прошлого года  Парламент РСО-А законодательно лишил все Цейские турбазы статуса сельского поселения. Депутаты уверены, что это никак не повлияет на горнолыжный курорт: аргументируя это тем, что постоянных жителей в  данных сельских поселениях нет, а значит, название не соответствует действительности. Но если это сельское поселение, то туда надо направлять бюджетные средства на содержание.

Директор турлагеря «Цей» Игорь Абаев признаётся: «Что за этим кроется – пока не знаем». И тут же задаёт справедливый вопрос: «Если турбазы и канатки  - частные, то дорога в Цей -  не частная. Кто ее будет чистить? А там при хорошем снеге две машины не разъедутся. А освещение дороги? Это чьё?»

К этим проблемам можно добавить и обеспечение безопасности отдыхающих, и медицинское обслуживание. О его низком качестве говорят многие отдыхающие. Откуда взяться качеству, когда  фельдшер работает  только в… будние дни?  А в выходные и праздничные, когда медслужба должна быть усилена, фельдшерский кабинет, кстати, расположенный на частной турбазе, вообще закрыт. «Хорошо, что во время зимних каникул, когда в Цее традиционно много народу, серьёзных травм не было, - говорит начальник Цейского ПСП Северо-Осетинского поисково-спасательного отряда МЧС России Лаврентий Перисаев. -  Но вопрос с медицинским обеспечением надо решать». Кстати, как нам подсказали горнолыжники, выезжающие в Гудаури в соседнюю Грузию, там врачи дежурят прямо на склоне. В Цее же на склоне несут вахту только спасатели со всем необходимым снаряжением. 

Фото: Shutterstock.com

Самобытность – без сервиса

Но не только медициной недовольны туристы. Дороговизна абонементов на канатные дороги, всего два пункта проката лыж, плохой сервис, но прежде всего,  качество трассы: при малом снеге лыжники и сноубордисты то и дело натыкаются на камни и ветки.

Впрочем, камерность Цея и отсутствие развитой инфраструктуры Юрий относит скорее к плюсам, чем к минусам, утверждая, что так сохраняется ощущение самобытности.

Но здесь можно поспорить. Камерность, уют и самобытность  всё же хотелось бы получить в комплексе с  качественным сервисом – цены-то «не камерные». 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах