Примерное время чтения: 8 минут
794

Крушат всё на своём пути. Как курорты Кавказа остались без защиты от лавин

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 7. АиФ-СК 16/02/2022
Попавших под лавины спасатели редко достают живыми.
Попавших под лавины спасатели редко достают живыми. ГУ МЧС по Карачаево-Черкесии

МЧС чуть ли не каждый день выставляет сообщения о лавиноопасности в горах Северного Кавказа. Здесь насчитывается 300 лавиноопасных очагов. И до последнего времени защита региона от их разрушительной мощи была заботой государства. Но теперь лавинщики работают только по договорам. Подробнее – в интервью «АиФ-СК» с руководителем окружной военизированной службы Росгидромета Хизиром Чочаевым

Госзадания больше нет

Ислам Текеев, «АиФ-СК»: Хизир Хусейнович, что с 2022 года поменялось в работе службы, которую вы возглавляете?

Хизир Чочаев: С первого января мы защищаем от лавин только те объекты, владельцы которых заранее заключили с нами договор. Это предусмотрено постановлением правительства России №1168, изданным в августе 2021 года. Оно отменило все действовавшие ранее законодательно-правовые акты в области противолавинной защиты.

Среди них и постановление совета министров-правительства России №43 от 1993 года о создании противолавинной службы страны. В нём Росгидромету и его службам предписывалось защищать от схода снежных масс людей и объекты народного хозяйства по госзаданию. 

Теперь по действующим нормативно-правовым актам и приказу Росгидромета нам предписано быть готовыми к заключению платных договоров и их исполнению. Исключение одно: если региональное управление МЧС России введёт режим чрезвычайной ситуации. В этом случае мы должны работать без договоров. 

- Кто же теперь отвечает за безопасность людей на горнолыжных курортах округа? 

- Правительство России возложило эту ответственность на собственников и балансодержателей. Например, у федеральной автомобильной дороги есть владелец – казённое учреждение Упрдор «Кавказ». Оно получает бюджетные деньги, чтобы автомобилисты могли безопасно пользоваться трассой, а также на её защиту от стихийных бедствий – селей, камнепадов, лавин и других. 

Что касается частных объектов на горнолыжных курортах – гостиниц, отелей, кафе, ресторанов и канатных дорог – обеспечить безопасность клиентов, зданий и оборудования должен тот, кто получает деньги за оказываемые услуги.  Если речь идёт о населённом пункте, то за безопасность его жителей, по Федеральному закону №68 несут местные власти. 

- С кем вы уже заключили договоры на защиту от лавин?

- Сейчас у нас два договора в Приэльбрусье. На этом курорте будем защищать канатную дорогу «Чегет» и часть поляны Азау. Там нет специальных инженерных сооружений для удерживания снега, поэтому управляющая курортами компания «Кавказ.РФ»заключила с нами соглашение.

Ещё два договора подписали с собственниками канатных дорог в Домбае. Одно действующее соглашение есть по Транскавказской магистрали (Транскам) со строительной фирмой, которая работает в районе северного портала Рокского тоннеля. Больше действующих  договоров у нас нет. 

- Почему, на ваш взгляд, собственники не хотят платить за безопасность?

- Мы почти 40 лет защищали людей и объекты на Северном Кавказе от лавин за счёт государства. Возможно, многие до сих пор уверены, что они находятся под нашим присмотром по умолчанию, поэтому и не спешат заключать платные договоры. 

- А может дело в стоимости ваших услуг. Во сколько сейчас они обходятся?

- Высокогорный геофизический институт в Нальчике установил стоимость защиты одного гектара лавиноопасного очага на 2022 год в 120,7 тыс. рублей. Цена изменилась пропорционально инфляции. 

- Какая сумма понадобится, например, для защиты Приэльбрусья? 

- Около 75 млн рублей. Больше половины этой суммы придётся заплатить за защиту федеральной автомобильной дороги «Прохладный-Баксан-Эльбрус». Безопасность остальных частных объектов обойдётся примерно в 25 млн рублей. 

Считаю, что для владельцев объектов на полянах Азау, Чегет и Большие Нарзаны, а также других строений за пределами дороги это не такие уж большие деньги. Предполагаемый ущерб от лавин превысит эту сумму многократно. Тратить деньги на восстановление инфраструктуры всё равно придётся. 

Плата за защиту поляны Чегет, возле которой на горе Кагутай находятся четыре лавиноопасных очага, составляет около 5 млн рублей. Там расположено как минимум 35 гостиниц, ресторанов и кафе. На один объект приходится чуть больше 200 тыс. рублей.

Самые опасные - мокрые лавины

- Сколько на Северном Кавказе лавиноопасных очагов?

- Всего в нашей зоне ответственности – чуть больше 300 лавиноопасных очагов. Только в Приэльбрусье более 200 таких участков. Около 30 очагов в Домбае, в Цее –10. Ещё один сложный участок – Транскам. 

Много очагов и в Дагестане. Там предупредительным спуском мы не занимаемся с 2016 года, так как в республике нет федеральных объектов экономики, которым угрожают лавины, только муниципальные и республиканские. 

С 2009 года бюджет Дагестана не выделил ни рубля на защиту от лавин. Вдобавок в республике, в отличие от Карачаево-Черкесии, Кабардино-Балкарии и Северной Осетии, до сих пор нет стационарного склада для хранения артиллерийских пушек и снарядов. На эти цели в Дагестане даже участка не выделили, несмотря на наши усилия. 

- Где находятся самые сложные для лавинщиков участки?

- Один из них в Приэльбрусье: от посёлка Нейтрино, начиная с моста через реку Баксан, и до поляны Азау. На нём насчитывается 75 лавиноопасных очагов, общая площадь – 727 га. Эту территорию мы защищаем, принудительно спуская лавины, с 1982 года. Из-за сложного рельефа применять артиллерию можно не везде. Обстреливаем только 386 гектаров. 

На Транскаме в Северной Осетии наблюдаем за участком протяжённостью 28 км – от посёлка Бурон до северного портала Рокского тоннеля. Это один из самых лавиноопасных участков на Северном Кавказе. 

- В чём заключается российский метод защиты от лавин?

- Надо следить за уровнем снега в лавинных очагах и не давать ему скапливаться от снегопада к снегопаду. Так можно регулировать размеры лавин, чтобы они не достигали катастрофических. Конечно, самосходы должны быть, но в небольших количествах.

Если перестать контролировать объёмы снега на опасных участках, то это рано или поздно приведёт к серьёзному экономическому ущербу, а то и гибели людей. Одна из причин – хаотичная застройка, характерная, например, для Домбая, Приэльбрусья и Цея. 

- А как предотвращают лавины за рубежом, например, в Европе?

В странах Евросоюза с лавинами борются иначе, а специальных государственных служб там нет. На горнолыжных курортах, например, в Альпах, есть профильные частные структуры. Они наблюдают за уровнем снега и составляют лавинные бюллетени, которые вывешивают каждое утро на склонах. В них указывается, насколько далеко и с какой вероятностью может сойти лавина. 

Эту информацию сообщают и местным властям. Если они посчитают, что нужно принимать меры, то приглашают частников. Они на лыжах или с вертолёта разбрасывают тротиловые шашки для спуска лавин. 

Северный Кавказ и Альпы схожи по горному рельефу и количеству горнолыжных курортов. Однако в нашем регионе за год под лавинами гибнет на порядок меньше горнолыжников, хотя хватает экстремалов, которые покидают маркированные трассы ради острых ощущений. 

- Где уже успели поработать этой зимой ваши пушки?

- Мы уже четырежды спускали лавины в Приэльбрусье, шесть раз – в Домбае и дважды – на Транскаме. Нашему региону повезло, что мощный снегопад пришёлся на третью декаду декабря 2021 года. Тогда у нас ещё было госзадание, поэтому мы обработали опасные очаги без договоров. 

В начале года сильные осадки пришлись на Краснодарский край. Если бы такие снегопады обрушились на Северный Кавказ, однозначно случился бы коллапс. 

- Наверняка не все места можно обстрелять. Что делается в таких районах?

- Например, в ущелье Адыл-Су построили первую в Кабардино-Балкарии лавинозащитную галерею. Там мы принудительно спускали лавины, а дорогу приходилось перекрывать, чтобы убрать с неё снежные массы. Теперь пользоваться трассой стало удобнее и безопаснее. 

А поляна Азау почти на 90% застроена снегоудерживающими ограждениями. Эти устройства для защиты от лавин применяются и в Европе. Конечно, они недешёвые, но эффективные и экологичные. Думаю, что постепенно в горных районах Северного Кавказа перейдут на повсеместное использование таких ограждений, потому что артиллерию можно применить не везде из-за осколков. 

- Как долго в округе длится лавиноопасный сезон?

- С первого ноября до 30 мая. Наиболее активные для нас месяцы – январь, март и вторая половина апреля, когда начинают сходить мокрые лавины.

- Как они образуются и насколько опаснее обычных?

- Мокрые лавины часто сходят весной, когда в горах устанавливается положительная температура. Снег начинает таять, становится неустойчивым и начинает сползать по склонам под собственной тяжестью. К мокрым лавинам в мае могут привести и частые дожди. 

Из-за большого содержания воды и тяжести мокрые лавины обладают мощной кинетической энергией. Остановить такие массы невозможно. Если сухие лавины могут обойти либо засыпать деревья, строения и другие объекты при недостаточной скорости и массе, то мокрые крушат всё на своём пути.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах