aif.ru counter
1347

Валентина Имтосими и Александр Портнягин: «Наше отношение к наследию – подрыв национальной безопасности»

АиФ-СК№42 19/10/2011

 

«Мы, наверное, с рождения искали друг друга», - профессор Портнягин с нежностью смотрит на свою Единственную. Что там было прежде – годы-расстояния, радости-печали. Все теперь на двоих. Много лет жили на две страны – Россию и Америку. Александр Дмитриевич преподавал в университете, Валентина Петровна вела творческое «хозяйство» - театр-музей «Благодать». И вместе они собирали по странам и континентам драгоценные крупицы русской истории и культуры. Собирали в полотно, на котором не должно быть белых пятен. Объездили полмира, полмира зазывали в Кисловодск. И здесь, в «Благодати», во весь голос, на весь свет экспозиции и спектакли театра-музея говорили о любви и предательстве, о том, что некогда вычеркнули из русской истории, но без чего русской культуре не быть. Анна Тимирева и Александр Колчак, Анна Смирнова-Марли, Игорь Сикорский, Михаил Булгаков, Матильда Кшесинская… Имена, судьбы…Единственному в России театру-музею такого формата 20 лет, союзу Портнягина и Имтосими – пока вдвое меньше. Но по наполненности – планами, делами - он гораздо больше. О преданности России, об американской пропаганде и о том, как мы теряем свой язык и культуру, в эксклюзивном интервью рассказывают  сегодня сразу два гостя редакции «АиФ-СК».

Русский с острова Русский

 - Александр Дмитриевич, как вас лучше представить?

- Русский профессор, проживший 20 лет в США, с нетерпением ждавший возвращения в Россию. Я попал первый раз в Штаты по профессорскому обмену – преподавать на семестр, а дальше так сложилось, что продлилось это на годы. Преподавал менеджмент, международный бизнес, международные бизнес-переговоры, межкультурный менеджмент, последние годы – в магистратуре. Очень тосковал по Родине. Помогала мне песня – брал гитару и пел вечерами. Детство вспоминал. Я родился в военно-морском госпитале на Русском острове, о котором никто никогда не знал. Это сейчас о нем много говорят, а тогда это была большая засекреченная военно-морская база. Первые 13 лет прожил там, пока отца не перевели в Порт-Артур, где он служил начальником финансовой части военно-морского тыла. Мой брат, он старше меня на 8 лет, пел песню, где были такие слова: «И вот уже скоро огни семафора откроют дорогу в родные края». И мама плакала. Песня – это невероятная эмоциональная струна, струна русской души. Я много общался с теми русскими, что родились в Америке. Им было по 80-90 лет, они помнили эти родные мелодии, не всегда знали слова, так вот, я учил с ними наши народные песни, романсы, и мы пели. И ни на один день я не оставлял мысли о том, чтобы вернуться в Россию. Приезжаю в Провиденс (вступает Валентина Петровна), целая комната – как творческая мастерская – повсюду песенники разложены, ноты, несколько десятков, атмосфера такая добрая.

Традиции «русской кухни»

 - Тяжело было привыкать?

- Я жил среди американцев, на несколько десятков домов – ни одного русского. И за время пребывания в Штатах у меня сложилось такое мнение - американцы до сих пор с опаской относятся к России, это, на мой взгляд, наследие холодной войны. Которая, как мне кажется, не прекращалась. В США очень мощная пропаганда, эта «машина» работает отменно. Обработка американского общественного мнения ведется на очень высоком уровне, с использованием новейших технологий. Видимо, в какой-то момент меня мои коллеги восприняли - были социальные моменты, которые нас сблизили. Мне даже говорили перед отъездом: «Как же мы кофе будем без тебя пить?». И это было искренне, я чувствовал. Стандартную процедуру я превратил в добрую традицию, в настоящий дискуссионный клуб. Кофе пили не каждый сам по себе, а все вместе. И обсуждали разные вопросы, как принято у русских – «кухонные разговоры». Я очень много рассказывал там о России, можно сказать, был просветителем. Представление о нас и нашей стране негативное, информации достоверной крайне мало.

- Назовите 3 вещи, характеризующие представление американцев о России и россиян об Америке.

- Первое: Россия - жутко холодная страна, второе – агрессивная, третье - ненадежная – срывает поставки нефти и газа. И потому ее нужно бояться. У россиян, к моему глубокому сожалению, представление следующее: США – самая мощная страна в экономической и военной сфере, страна высокой культуры. Третье – надо все перенимать у США. Если бы я был глухой, то включив здесь телевизор, не сомневался – смотрю американское ТВ. Все программы оттуда. Меня просто переворачивает. Берем все самое низкопробное. Но ведь есть, что перенять - в экономике и в отношении к культурному наследию. США – родина менеджмента, в организация труда, в менеджменте есть чему поучиться. Свободное предпринимательство – чем не пример? Малый и средний бизнес – плечи американской экономики. Правительство и конгресс поощряют малый бизнес – субсидии, незначительные проценты – только занимайтесь. А у нас такие барьеры – диву даешься, как их столько нагородили? К своему наследию американцы относятся с благоговением - хорошее оно плохое – сохраняют, пропагандируют, берегут. Проехать по США – там же в принципе не на что смотреть. Но они картинку сделают и рекламу мало-мальской достопримечательности. А у нас исторические места с землей сравнять готовы. А как убивается сегодня русский язык! Я просто в шоке. Вывески на английском, с ошибками, без смысла. Зачем? Попробовал почитать одного из модных российских авторов – на каждой станице – 3-4 слова-кальки. Вместо нормальных русских слов. Спросил у своего знакомого – культурного образованного человека, что они значат. Он не смог мне ответить. Так для кого пишут? Думаю, и сам автор забыл их значение. Перед чужим языком преклоняемся, свой забываем. Подобострастие неуместное,  губительное.

Точка невозврата?

- Валентина Петровна, что происходит сегодня, почему так стремительно мы теряем свою самобытность? Или это всеобщая тенденция и не стоит бить тревогу?

- Не думаю, что это веяние времени, нет. Нет никакой тенденции. Россия перестала ценить свою культуру, беречь ее. А заниматься сохранением должно в первую очередь государство. Мы же не только язык теряем, сколько памятников, дома-музеи по всей стране в запустении, кто сохранит эти усадьбы? Музеи городские едва выживают. Бородинское поле на части режем – все на продажу. Кто нас заставляет это делать? Все по доброй воле, поскольку сегодня наследие наше забыто и заброшено. Ценности иные – стыдные. И мы уже дошли до той опасной точки невозврата, откуда путь к возрождению заказан. Такое отношение – прямая угроза национальной безопасности России.

- Почему же мы так не дорожим своей культурой?

- Есть такая черта характера русского человека. Вот свершилась революция – до основания разрушим, свой новый мир построим. Перестройка: все, что было до - отвратительно, надо критиковать, все было плохо. А история показывает, что ничего нового мы не можем создать без опоры на старое, без знания истории, не имея прошлого. Это однозначно. Мы очень легко готовы отказаться от прошлой истории, русская черта – уверенность, что мы построим лучше. Без уверенности, собственно, и не разрушали бы. Но намерение сделать лучше не значит, что так и будет. Мы должны сделать лучше. мы должны, но это не значит, что сделаем. Во Франции чтут Наполеона, в Швеции Карла XII. Кто они для нас – захватчики, да и в своих странах не сказать, чтобы были при жизни в почете. Но монументы стоят, музеи стоят, память берегут.

   В азиатской культуре, а у нас больше азиатского, чем европейского, в культуре коллективистский дух. Как сохранять народ без культуры? Мы что-то хватаем у других культур, причем далеко не всегда лучшее. И получается – свой опыт отбрасываем, новое создать не получается. Так может стоит задуматься, не совершать этих ошибок, трагических для истории, для страны, для народа.

 «Володя, не верь!»

 - Почему так много говорят об американском патриотизме? Образ «Америки-победительницы»  насаждается во всем…

- Мне кажется, ошибочно считать, что в США всегда был патриотизм. Его не было, это моя точка зрения. Там все замешано на долларе. Где больше платят – там твоя родина. А такая постановка вопроса несовместима с патриотизмом. О патриотизме как таковом заговорили после трагедии во Всемирном торговом центре. В тот момент Буш как президент мобилизовал народ. И здесь проявился патриотизм.

    Вся внешняя политика построена на формировании образа врага. Американцы очень мало знают о других странах, такова идеологическая задача. Нужно ввести в какую-то страну войска – идет обработка: угроза национальным интересам США - общественное мнение сформировано. А люди даже не знают, где эта страна. Интересный момент – когда Путин первый раз пришел к власти, американцы были в страхе: «Путин – это КГБ», а я спрашивал: «А Буш-старший? Он же возглавлял ЦРУ?». И когда он хлопал  Путина по плечу со словами о дружбе, мне хотелось из-за океана крикнуть «Володя, не верь!»

- Чем был вызван такой порыв?

- Я нередко задавал вопрос студентам, а их за годы преподавания у меня были сотни из 95 стран мира, какая черта самая характерная у американцев? Лицемерие – ответ в подавляющем большинстве. Причем, на любом уровне.  Часто говорят о невежестве американцев. Как-то в Новой Зеландии в одной из школ старшеклассник рассказал нам, что в США был по обмену. И американская учительница у него спросила: «Ты приехал сюда на машине?». Парнишка опешил. Согласно собственно американским исследованиям, многие граждане страны не знают, где штат Флорида и т.д.  На вопрос о годе образования США американские студенты затрудняются ответить.  Студент из Сербии назовет, из Турции назовет, из России назовет. В соседнем с Провиденсом городке Бристоле есть сеть ликеро-водочных магазинов «1776» год.  Так вот, обращал я внимание студентов,  это и есть  год рождения США. В Америке вы не увидите по телевизору российских фильмов или картин из других стран. Редко что-то об Англии проскочит. Все американское – фильмы, музыка и т.д. Задача – оградить американцев от всего внешнего, цель – американцы не должны ничего знать об окружающем мире. И в такой ситуации очень легко убедить, что все лучшее - в США.

- В СССР  «под занавесом» была такая же ситуация. Только наш образ жизни признавался правильным. И пропаганда работала и идеология была, не в пример дню сегодняшнему.

- Но у нас всегда была система лекций – я объездил всю страну, все республики, не был только в Молдавии. Ездил и рассказывал о международном положении, о внешней политике, обстановке в других странах. И наши люди большой интерес проявляли к разным темам. Я 12 лет работал в институте  США и Канады, где защитил первую диссертацию. Надо сказать, познания  наших сограждан и уровень образования гораздо выше, чем у американцев. США - отсталая страна в смысле образования, охотящаяся за  «мозгами».  В советское время наши занимали  призовые места на международных олимпиадах, конкурсах, в первой тройке чаще всего были мы, шведы, японцы. Американцы - в хвосте,  на чем они не заостряют внимания. Мы сегодня в сфере образования беспечно разрушаем нашу систему, копируем чужую. Зачем? В магистратуре американских вузов, а это обучение в течение 2-х лет после окончания университета, уровень курсовых работ значительно ниже, чем у наших студентов. Надо развивать свое, что было в СССР, использовать положительный опыт.

- Я такой пример приведу,  – говорит Валентина Петровна, - у нас же очень широко было развито трудовое воспитание. Это очень важная составляющая воспитательного процесса. Были практики на предприятиях, профориентация, далеко не все шли в вузы, а получали качественное профобразование. А сегодня это разрушено и пробел пока заполнить нечем. Работала система шефства предприятий над школами. И сами школы воспитывали в детях ответственность за свой город, за его достопримечательности. К примеру, в парке Кисловодска школьники проводили субботники. А сегодня попробуй выведи детей на такую акцию – отдельные родители нередко начинают возмущаться, что их чад пытаются привлечь к труду. Это те родители, то поколение, что выросло в 1990-х - без внимания, патриотизма, ответственности. Я слышала, что даже деньги учителям предлагают, только б не привлекали их детей. Надо что-то с этим делать, но как?

 Эмиграция – волны из России

 - Александр Дмитриевич, вы много общались с представителями русской эмиграции. Семья знаменитого изобретателя Игоря Сикорского,  Анна Смирнова-Марли – Личности нашей большой Истории…

- Люди из первой и второй волн эмиграции сохранили язык, уважение к традициям, веру. Они вынуждены были покинуть Родину после 1917, бежали от смены строя, расстрелов, беспредела, вторая волна была после второй мировой. Русские ехали в США из Европы – их гнал страх коммунизма.  Потом были 3-я и 4-я волны в 1990-х-2000-х, когда ехали не ОТ, а ЗА.  За долларом.  Многие искали лучшей жизни, но не все нашли. Многие известные люди стремились получить гражданство США и готовы были поливать грязью свою Родину. К слову, на этой почве у меня закончились отношения с Сергеем Хрущевым, сыном Никиты Хрущева. Мы практически в одно время попали в Америку и даже дружили некоторое время – отмечали праздники, ходили в гости. Мне не очень приятно говорить об этом, но он часто рассказывал в прессе о России, мягко говоря, недобрые вещи, о том, как хорошо в Америке, как он счастлив и восхищен. И, в то же время, как-то обратился к одной нашей знакомой с предложением – заказать цинковые гробы, чтобы после смерти быть похороненными в России…

  В местном издании  на русском языке - в «Вестнике Род-Айленда»  готовили  интервью со мной. И был вопрос о моих планах. Я ответил, что все мои творческие планы связаны с долгожданным возвращением на Родину. Но эту фразу попросили снять…

 Досье

Валентина Петровна Имтосими родилась в Баку, выпускница двух вузов – Пятигорского государственного института иностранных языков и Ленинградского университета (философский факультет, специальность музееведение). Заслуженный работник культуры РФ.

Профессор д-р Александр Дмитриевич Портнягин

Доктор политических и экономических наук, профессор менеджмента и международного бизнеса. Закончил переводческий факультет 1-го Московского государственного педагогического института иностранных языков им. Мориса Тореза, 12 лет работал в Институте США и Канады Академии наук СССР. Из двадцати лет, прожитых в США, последние 17 лет был профессором магистратуры Университета Джонсон и Уэйлс (штат Род-Айленд). В качестве «профессора-по-приглашению» 10 лет читает лекции в Германии.

 

 

 

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (3)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах