aif.ru counter
33

Литература важнее кино?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 22 30/05/2007

На XVI Международном кинофоруме "Золотой витязь" Александру Сокурову вручили золотую медаль имени Сергея Бондарчука. Спустя несколько минут после награждения режиссер признался журналистам, что это стало для него неожиданностью.

- Это выдающаяся фигура мирового кино. То, что в состоянии был сделать этот художник, - удивительно, уникально. Огромный драматический дар, гармоничный человек и режиссер, - сказал Сокуров о Сергее Бондарчуке, с которым был знаком.

На кисловодском "Витязе" известный режиссер пробыл всего один день. Представил свой фильм "Элегия жизни. Ростропович. Вишневская" и ответил на вопросы журналистов из Сербии, Румынии и России.

- Расскажите, пожалуйста, поподробнее о фильме "Элегия жизни. Ростропович. Вишневская". О чем он?

- Эта картина об огромном значении мастерства. Эта картина - мои слова "простите" двум великим людям. Потому что когда они взяли на себя труд сопротивляться власти, которая боролась с духом, почти никто их не поддержал. Со слезами и горечью покидали они свою Родину. Видимо, в таких случаях только время - судья. Только время показывает, кто победил. Они победили.

Ростропович играл у церкви в Париже, когда прощались с Андреем Тарковским. Все как-то связалось, сошлось в одну точку, в одну мольбу, если угодно. И вот это посильное "простите", сказанное картиной, - все, что я и такие, как я, можем сделать для граждан нашей Родины. Обратите внимание на силу характеров этих людей. Какая великая женщина перед нами! И какой глубокий большой Мастер! Таких мастеров, наверное, уже нет. Может быть, будут. Но пока нет. Торжество мастерства и духа - вот что такое картина "Элегия жизни. Ростропович. Вишневская".

- Другую свою новую картину "Александра" Вы снимали, когда Ростропович был уже серьезно болен...

- На картине это никак не отражалось. Его только вывели из реанимации, вернули в сознание. Он звонил Галине Вишневской, но она мужественно отвечала, что доведет дело до конца. Этих великих людей объединяли ум, талант, уважение и великое терпение, что и есть любовь.

- Вы не поехали в Канны, где был представлен фильм. Почему?

- Мы снимали фильм прошлым летом в Чеченской Республике. Он очень отличается от многих остальных картин. Я благодарю Бога за то, что он дает мне возможность не повторяться. А в Каннах достаточно будет продюсера. Мне находиться там нет смысла. Пусть соревнуются люди, которые начинают в кинемато-графе. (Интервью состоялось до оглашения результатов Каннского фестиваля).

- С какими актерами любите работать? Как определяете, кто нужен для роли?

- Я люблю снимать умных людей, внутренняя красота которых гораздо совершеннее внешних признаков. Тех, кто способен понять и почувствовать. Екатерина Васильева - прекрасная актриса, Маша Миронова - настоящая актриса, Галина Волчек - потрясающая актриса. Мужчины менее интересны. Хотя в российских картинах мужских персонажей больше. Евгений Евстигнеев, Михаил Ульянов, Кирилл Лавров, Олег Басилашвили - великие артисты. Это - школа. А из тех, кто моложе, никто интереса не представляет. Если встанет вопрос о главной мужской роли в новом фильме, сыграет ее, возможно, и не актер, как это бывало не раз.

- "Золотой витязь" - единственный фестиваль, связанный с религией. Что это значит для Вас?

- Крестили меня очень давно - после окончания института кинематографии. В домашних условиях. Тогда по-другому было нельзя. Я это сделал вслед за человеком, которого любил. Моими крестными родителями были люди, с которыми я работал: простые музыканты. Они живут сейчас за границей.

Все, что связано с религиозностью, с вероисповеданием, - очень интимные вещи. И если человек в кино начинает кричать об этом, это невежливо и некорректно. Все же задача искусства - объединение очень разных людей, а не деление их на конфессии. Искусство должно быть крайне деликатным и осторожным в том, что связано с религией. Если есть художественные качества, все понятно и постигаемо...

Мой фильм "Мать и сын" был удостоен премии Папы Римского. Снят он в России, не католиком. Папа Римский смотрел его несколько раз, и у нас с ним после этого была длительная беседа. А в России эту картину никто и не заметил...

- Есть ли что-то важное, что мы потеряли?

- Я не знаю, что мы потеряли. Мы живем той жизнью, которой мы можем жить, и которой мы достойны. Жизнь современной воды, ее течение... Мы такие, какими можем быть, и другими мы быть не можем.

- Что такое современное кино и что оно может сделать для зрителя?

- С коммерческой стороны - это товар. В мире сделано немало хороших картин. Но я предпочел бы читать, а не смотреть. Есть всего два - два с половиной десятка картин, которые необходимо посмотреть. И есть пара тысяч книг, которые необходимо прочесть: Фолкнер, Манн, Диккенс, Золя, Чехов. Тютчев для меня - главная фигура в поэзии. Нежно отношусь к Чехову и что-то, кажется, понимаю. Бунин, Платонов - в этом списке имен из XX века гораздо меньше. Мое гнездо - XIX век. Русская и зарубежная литература. Я оттуда. Я не кинематографист по природе своей. Никакой гордыни, фанаберии, амбициозности нет места, когда прочитаешь Фолкнера, Манна, Диккенса, Золя. А послушаешь Шнитке, Шостаковича, Бриттена - и можно ставить точку.

Кино может поддержать человека, у которого внутри есть душевное состояние и душевное богатство. Для человека, лишенного души и внутреннего содержания, искусство ничего не значит.

- Во что Вы верите?

- Я верю только в мужество, трудолюбие, верность. В это я верю по-настоящему. Не думаю, что Господь Бог благоволит к нашему труду. Человек достигает всего потому, что совершает сверхусилие над самим собой. Заставляет себя, принуждает себя. Любой результат - это победа над собой. Результат есть принуждение. Я понял это для себя очень рано. Когда в седьмом классе прочел Флобера.

- Вы приехали в Кисловодск из Кабардино-Балкарии. Это связано с Вашей работой?

- В Нальчике я сидел в архивах, занимался историей и немножко лечился (у режиссера проблемы со зрением. - Авт.). Меня интересовала история России.

- Послужит ли это обращение к архивным материалам основой для нового фильма и будет ли он связан с историей Северного Кавказа?

- Не хочу пока об этом говорить. Может быть. Не буду загадывать.

- Художников часто хотят видеть в роли пророков. Что, на Ваш взгляд, ждет Россию?

- У меня в этом смысле тревожное ощущение. Нам, русским, предстоят большие испытания. Мы совершили много ошибок. Мы предавали, совершали преступления. Придет время, когда за это придется ответить. И тогда будет понятно, насколько мы зрелый народ, насколько сможем принять вину и насколько сможем покаяться.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах